День, с которого я решил писать свои записки, особенного ничего для нас не внес. Он не был плохим, хотя вызвал большую отрицательную эмоцию после посещения группы школьников. Приехала группа 15 школьников из города N в возрасте 12- 14 лет, два шныря лет по 10 и взрослая женщина, которой не было заметно. Я даже не понял кто она. В каждой группе должен быть учитель или родитель, он старший.
И так выгрузились из микроавтобуса и загорланили. Ор я останавливал раза три: когда знакомился, объяснял технику безопасности и начинал экскурсию. Потом я к нему стал привыкать, а школьники наоборот, начали уставать. Вообще я с первых минут пяти почувствовал какую-то невидимую недоброжелательность.
Апофеозом моего вступления первой части экскурсии, был запуск двигателя Аэроката (аэросаней). А он вдруг не заводится. За час до группы он заводился, а при ней не заводится. Я перед демонстрацией выстроил школьников «за баней», напугал, чтоб не испугались, а он не заводится. Что делать? Пошли дальше.
Пройдя все уличные экспонаты, заходим в помещение музея, передаю их Ольге. Где там, шныри уже далеко впереди. Я за одним, взрослая женщина за другим, это ее сынуля. Ольга пытается увлечь школьников кульманами, чертежами, циркулями и тут я определяю, что слушает только одна треть, вторая треть пытается прорваться через меня или через мотоцикл (шустряги, но шнырям уступают), а треть готова сесть или даже лечь прямо на пол.
Останавливаю все действо. Последнюю треть усаживаю на что попало и в коляску на шесть человек. Фото с другой группы.
Шуструю треть сажу на спортивные мотоциклы и заставляю молчать. Экскурсия продолжается. Потихоньку вторая треть делится пополам, примыкая то к первой, то к третьей. От последней нарастает фон понтового дебилизма. Тороплю Ольгу с «конструированием», переходим к военным мотоциклам. Включаю кино: — парад победы 1945 года, то есть мотоциклы М-72 на параде. Рассказываю, как воевал мотоцикл с коляской. Слушают!
Далее, Ольга про Ирбит мотоциклетный, история завода за 75 лет. Вроде все сидят, но бардак нарастает, дебилизм побеждает. Ольга пытается увлечь мотокроссом, отчасти получается. Кроссовый интерактив интересует тех же, кто и слушал. Две трети школьников уже неподъемны.
Я открываю занавес и начинаю свою любимую песню «про кастомы». Как бы действует. Слушают человек двенадцать, вопросы задают глупые и перебивают друг друга и меня. Меня удивляет, что когда я говорю про деньги, цены, то внимание резко возрастает. Анекдоты исключаю, легенды исключаем, в итоге укладываемся в 45 минут. Даем пофотаться на мотоциклах, не идут, тогда на улицу.
Один из нетерпеливых просит завести питбайк. Я пытаюсь, а не заводится. Пах – пах – и сдох! Пах – хлоп! Пах – хлоп! Что же это такое! Завел с трудом, сделал круг. Давай заводить Урал, а не заводится. Что же такое! Что же это такое! Вдруг вижу, ключа зажигания нет.
Экскурсовод , прибывший с группой зовет всех в автобус. Тут я увидел девочку на качелях, которая почти все время прокачалась, глядя в смартфон. Автобус трогается. Я вставляю ключ зажигания, с кнопки Урал мгновенно оживляется. Еду медленно за автобусом в гараж. Осмысливаю ситуацию с незапуском моторов, с побеждающим дебилизмом, с девочкой на качелях. Меня встречает Ольга и Любовь Николаевна, помогающая в проведении экскурсии. Они возбуждены небывалым поведением школьников.
Мы ведем экскурсии с 2012 года и с таким пофигизмом еще не сталкивались. Да, всегда есть люди, которым наша мотоциклетная тема не интересна, но их всегда единицы. А тут их большинство. А тут еще не запуск трех моторов. Колдовство какое-то.
Скорая помощь
Наш музей находится на самом краю района «Гавань». Единственная дорога ведет именно к нам или вокруг промышленного здания. Появление у нас машины скорой помощи означает чрезвычайное происшествие, что в КБМТС бывало. Была и смерть нашего сварщика, тогда и «скорая», и полиция. Каждый раз для всех это было потрясение.
Веду экскурсию для детей двенадцатилетних и довожу их до запуска Аэроката. А так как это самая опасная часть экскурсии, я не то чтобы провожу технику безопасности, я пугаю детей теми происшествиями, что происходили когда-либо у нас. Еще больше пугаю тем, что происходило на аэросанях у других. И вот дети запуганные стоят у мотобани и за ней, а я важно подхожу к Аэрокату. Начинаю процедуру запуска, как появляется скорая помощь, останавливается возле меня, и вся бригада скорой вопросительно смотрит на меня же. Типа: — «Мы уже тут».
Обмерло что-то у меня внутри, затихли все дети. Убийственно вопросительная пауза. Вдруг из экскурсионного автобуса выбегает сопровождающая детей родительница и уводит бригаду в этот автобус. Учительница, испуганная, как и дети, в мою сторону:
— Это не к вам. Это одной маме школьника стало плохо, давление видимо.
А я про себя:
— Как я напугался. Настоящая страшилка. Погожу я с запуском Аэроката. – Дети, а давайте я расскажу про карету, на которой императрица Екатерина вторая …..
Немного «отойдя», я снова попытался напугать всех и запустил винт Аэроката. По рявкал до средних оборотов и заглушил.
— Еще, еще, хотим еще! – Дети в восторге, в восторге от воздушного потока.
— Ну что, поняли, за счет чего движется Аэрокат?
— Еще, еще, хотим еще!
1 ноября 2024г
Сегодня была смешанная группа школьников и папа с мамой одного из них. Экскурсию слушали, в интерактиве участвовали, фотографировались везде, глупых вопросов не задавали. «Скукота» какая-то! Но энергетику положительную нам дали.
Он не заводится?
Приехали ребята со Слободы Туринской . Выгружаются неспешно из автобуса, кто сразу к мотоциклам, кто в сторону реки смотрит. Я жду, чтобы представиться и проинструктировать, что можно, что нельзя делать. Парни лет четырнадцати вместе со мной уже уставшие от ожидания сыплют вопросы:
— А вы гонщик? Нам сказали, что вы гонщик.
— А катать нас будут? Питбайк?
— А Урал заводится?
-А он даже не заводится! Это статуя, это … Ха-ха.
Обычно я не обращаю внимания на опережающие вопросы и реплики. А тут вдруг повелся или сам был ранее поражен звучанию глушителей. Это были даже не глушителя, а только внешние корпуса глушителей без начинки. Я отрабатывал их дизайн, практически рупоры.
Я возьми да заведи, да еще рявкнул газом разок. Громкость выхлопа даже мне резанула уши. Парни в шоке, пооткрывали рты, девчонка с глазами в ужасе заскочила обратно в автобус, зато остальные все из него выскочили. Перебор немного сделал, но начало экскурсии получилось эффектным. И вообще, вся экскурсия прошла с полным доверием. Правда, больше я так не делал.
Со свиньями
Приехали две семьи, человек десять, где шестеро детей от 10 до12 лет. Рассказываем для детей. Если детям интересно, то и взрослым хорошо. Однако одного папу просто пробивает с вопросами. Я отвечаю в меру. А в конце экскурсии он уже в меня вцепился с конкретикой. Чтобы показать на примере, я повел его на открытую площадку перед входом в музей. Выхожу, а там свиньи из соседнего крестьянского хозяйства. Свиньи еще и необычные, как дикие. Мало того, что они у нас гадят, они еще все роняют и выворачивают. Я схватил швабру и на них. Собака моя Ела, до этого затаившаяся под каретой, ждала моего участия и кинулась тоже. Уже выгоняя свиней с экспозиции перед нашим музеем, к нашей атаке подключилась штатная сторожевая собака. Правда, длина цепи позволила только вцепиться свинье в зад. Атака успешно завершается, и только тут я замечаю детские голоса наших гостей, которые бегут сзади и снимают все на телефоны.
— Это так было круто! А ты тоже снимал?
-Да вообще круто? Ковбой гонит диких кабанов!
Да, да, я тоже снимала. Да ковбой со шваброй.
Мне и смешно и стыдно, но ковбоя из сюжета не выкинешь.
Бобер
Отвел экскурсию с большой группой, только расслабился, звонок Ольге:
— Вы еще работаете? Нас примете? Нас пятеро, мы еще в музее мотоциклов, минут через десять выезжаем к вам.
Чтобы быстрее войти в форму, я пошел в сторону реки. Осень, желто-серый октябрь, ледок у берега метров шесть. Стою, релаксирую, увидел ондатру. Плывет, меня не замечает. Я не шевелюсь, плывет обратно, только руку опустил, нырнула. Жду, где вынырнет. Вдруг справа от меня метрах в восьми появляется какое-то чудо черное.
Это вот здесь:
Это бобр, мой знакомый, медленно топает к реке на своих задних лапах. Трава высокая справа, он из-за нее неспешно вышел и потопал по льду в сторону воды. Главное – неспешно, неспешно дошел на задних лапах до первой дырки во льду. Фигура как груша, видимо весь жир вниз опустился, как живот пивной у зрелого мужика. Бобр давай неспешно прогрызать дыру побольше, потом неловко просунул голову под лед и протащил все тело. Вынырнул у края льда и уставился на меня. Я помахал ему рукой, никакой реакции. Надо мне уже идти встречать гостей, оглянулся, метров десять отойдя. Так и не шевелится, мордой торчит, как торец бревнышка. Да, это, пожалуй, самый лучший у меня отдых между приемом гостей.
Через час я взял фотоаппарат и пошел на то самое место, бобра уже не было, а работа его осталась.
Спалились, или что такого.
Воскресение, заканчивается вторая экскурсия. Семья, оба в годах, мужчина бывший мотоциклист, женщина – бывший конструктор с одного из оборонных заводов Екатеринбурга. Женщина из тех конструкторов, которые ценят конструктора за добросовестно выполненное задание или план. Генерация нового, по ее мнению, это вообще не удел конструктора. Поэтому мне пришлось с ней несколько сложновато, но я был убедителен и ей вроде даже понравился. Мы еще долго не могли расстаться, что ее мужчина сходил со спиннингом до реки. Вернулся с твердым убеждением:- «Здесь нет рыбы!»
На том и расстались. Пообедав, я затопил баню, ту самую мотобаню, что выставлена в экспозиции перед музеем. Время работы заканчивается, ни кого из гостей уже не ожидается, и я с Ольгой Ивановной ра в 16-30. сслабляемся в ожидании терм. Музей работает до 16-00 и мы смело идем первый раз париться в 16-30.
