Байкер

Речь пойдет об уникальном мотоциклисте, любителе Уралов, Сергее Калинине (Брембо), и как часто он добавляет при знакомстве:

— Брембо! Но я не тормоз!

Сергей в мое внимание ворвался дерзко. Я обедал, как в квартиру позвонили:

— Виктор Николаевич, можно? Я к вам, хотел бы к вам на работу устроиться.

На пороге стоял суховатый молодой мужчина в меру приблатненной одежде и в очках. За очками в глазах мне показался какой-то интеллект.

— А ты вообще кто?

— Вообще, я человек планеты!

— Так? – подумал я, что-то я поторопился с интеллектом, но поговорить надо.

Мы спустились в подвал пятиэтажного жилого дома, это был и офис КБМТС и Клуб технического творчества молодежи. В 1999 году почти каждую неделю приходили люди в поиске работы, Мотозавод почил в очередной раз, и на этот раз вроде окончательно.  Разговор, однако, с Сергеем мне понравился. Вернее, у меня состоялось двоякое впечатление:

С одной стороны – летун, без специальностей, которые мне нужны. Вроде дерзок, и тут же стеснителен.

С другой стороны – мотоциклист, любит мотоцикл Урал, легко рассуждает обо всех его узлах. Чувствуется громадный опыт во всех областях и наиболее в тех, в которых я ничего не понимаю. Технический интеллект присутствует.

Надо пробовать. Так Сергей влился в коллектив КБМТС, коллектив тогда насчитывал 16 – 18 человек в основном бывших работников Мотозавода. Сергей несколько лет проработав, ушел на другое предприятие, потом несколько раз возвращался на некоторые темы, «халтуры».

Вот и сейчас, когда я пишу эту статью, он выручает меня, работая в КБМТС сварщиком. Сейчас октябрь 2023 года, а в апреле этого года мы похоронили Сашу Абрамова, настоящего «сварного». И как сказал поэт:

«Жизнь, это не только майский день,

Где все танцуют и поют…»

Сергей не имеет бумаги сварщика, но варит нормально. Давайте я его сейчас поспрашиваю, почему он Брембо и почему байкер. Подхожу, а он лежит на спине на деревянной решетки для ног, в шлеме и куртке:

— Ты живой?

— Еще да! Спина затекла, немного расправлю.

— А в шлеме то, почему?

— Так это  подушка.

— Серега, когда у тебя первый мотоцикл появился?

— В шестнадцать, Урал,  у бабушки. Бабушка жила за четыреста километров от нас, от Салавата, в деревне Серпиевка Челябинской области.

— И ты ездил кататься за четыреста километров?

— Нет, ну да. То есть в 12 лет я уже ездил на мотике в клубе Юный техник. А в 16 меня  стали выгонять из клуба – «Иди дяденька уже к взрослым». На стадионе была секция по мотоспорту, я за руль на Урал с Жекой в коляске.

— Во! Так ты кроссмен, расскажи поподробнее.

— Ну как кроссмен? Мы ездили даже в Уфу на соревнования, на местные мотокроссы. Но это начало 90-х, как-то все угасать начало. А к середине 90-х вообще угасло совсем.

— И ты вспомнил про мотоцикл у бабушки?

— Ну, да. Не, я и раньше к ней ездил помочь, ну и покататься тоже. А  серьезно все началось где-то в 1994, когда я приехал забирать мотоцикл. Это четыреста километров от дома.

— Сел и поехал, без приключений?

-Ну, да. Только как без приключений. Поехал, по федералке поехал, уже Сим проехал перед Ашой где-то. Чего было? То ли жара, то ли усталость. Короче я в отбойник (рельсы с натянутыми тросами) как дал. Очнулся, сижу впереди Урала в нескольких метрах, мотоцикл в тросы уткнулся.

— И на дороге никого нет?

— Нет, ни встречных, ни попутных. Все осмотрел, колесо коляски не крутится. Нашел каменюги, поставил коляску на них, начал выгибать ось. Загнул, колесо крутится. Поехал, а колесо шоркает обо что то. Шоркает и  шоркает, главное еду, потом «Ба-бах», прошоркал до камеры.

— А, так вот откуда у тебя «Ба-бах», читатель попозже поймет о чем я.

-ДА, да, да. Деревня Ауструм, я стучаться давай.

— Название дивное.

— А, у тебя, говоришь, Урал? Это тебе вон в те ворота, к Алексею, у него Урал был. Обогрели, накормили, спать уложили …

— Охренеть! Это 94 год. Сейчас кто пустит?

— Ну, это Башкирия, там может и сейчас пустят. Утром все сделали, оказывается, я маятник загнул. Пошли куда-то на пресс, выпрямили маятник, выпрямили ось. Дали мне шину с камерой.

— Чем расплатился?

— ………… Ну, все, еду. Уже за Уфой где-то двигатель стал греться, а у него, типа, «обкатка». Еду-то под 60, а он греется и все. Переживал, переживал, а потом как дал ему под 90. Его как «прорвало», повез, повез. Приехал всем показал свой Урал. Откатал 94 год, в 95 уже превратил его в одиночку, то с коляской, то без коляски ездил.

— Этот пробег как бы этапом случился, ты себя ощутил мотоциклистом.

— Как то, да! Но у нас как такового «мотодвижения» не было. Рокеры уже отходили, они старше меня, для молодых мотоцикл был «неподъемен», я ездил почти один.

А вот в 95-ом, я мотик разобрал и затащил его не домой, а на лестничную площадку на третий этаж.

— Соседи как?

— А вот как-то дружелюбно отнеслись. У меня же шлифмашинки не было, я все вручную пилил.

— Да ты кастомайзер!?

— Да, да, да! Всю зиму пилил, поставил вилку с пневматикой от Чезета, колесо широкое от Москвича.

— Маятник пилил?

— Да, маятник со смещением, с удлинением, кардан удлинял, седло вообще свое, к лету выехал, сейчас фотку покажу.

У нас в Соловате в 90-е вообще тяжко с работой было. Работа была, но не по мне. Парни на Севера стали ездить, меня взяли.

А там то работа есть, то нет, мотаться туда обратно часто приходилось.

Вот как-то еду автостопом с Северов домой. Камаз как раз до Уфы шел, все как бы нормально, все весело, но когда в Тюмени проезжали, я увидел знак — указатель на Ирбит, меня обожгло. Я давно собирался в Ирбит, именно в город, именно на мотозавод. А я до этого уже созванивался с ирбитскими чуваками, адреса их в записной книжке были. Так еду, и что-то про Ирбит, да про Ирбит мысли. Километров сто пятьдесят проехали снова указатель на Ирбит, это у Камышлова. Тут я не выдержал, выпалил водителю:

— Стой, я на выход!

— Ты же до Уфы?

— Чет меня в Ирбит потянуло.

Вышел, прошел в сторону Ирбита метров двести, «голосовать» собрался. А тут стая мотоциклистов в сторону Ирбита, несколько погодя вторая стая.

-Ну, ни хрена себе!

Тормознул, КАМАЗ, вроде. Едем, а у меня тревога — не тревога, предчувствие – не предчувствие. Доехали до центра, водила на остановку показал. Еще пока ехали мотоциклисты то и дело обгоняли, а тут я стою на остановке, а мимо меня мотоциклы, то с омскими, то с курганскими номерами; то японские, то кастомы всякие.

— Вот это я попал! Что творится? Смотрю, возле стелы тусуются мотоциклисты, я туда. А там всякие пиленные, перепиленные Уралы, Днепры. Там же магазин «Сорок первый» был.

— Байкеры за бухлом с «поляны» приезжали.

— Затаривались всем! Движуха для меня настолько впечатляющая, что я сейчас все помню. Возвращаясь на остановку, увидел плакат – афишу про очередное Байк шоу. Вот это я попал!

Нашел я парня, Фенюк Ивана, с которым созванивался, спрашиваю:

— А что вообще в городе происходит?

 Ну, мне рассказали про мотоциклетную столицу, про Байк слет и про все остальное, может чуток буханули и определили меня на ночлег.

Этот день настолько потряс мое состояние, мое воображение, что определил мое будущее пребывание в Ирбите.

 А  утром в субботу на «Поляну»!

— И тут Остапа понесло (в смысле тебя понесло)!

— Да, да, да! В общем, к утру воскресенья у меня было жилье, работа и вера в светлое будущее! Байк слет – это просто «космос»! Жаль, что с мотозоводом было все плохо, поэтому пошёл к Диме Иванову на стекольный завод.

— Так! – сказал я: — «А как ко мне пришел?»

— Нет. Не помню. Подвал помню. Помню, делали Ибрагимыча и кроссовый с коляской.

— В Англию делали, Ирбит-СТ назывался.

— ДА, да, да! Я на нем на следующий байк слет ездил.

Мы начали вспоминать давно забытые моменты из работы КБМТС. Нам тогда приходилось не только у себя на месте работать. Мы исправляли полиспасты сцены в театре и дворце культуры. Сергей свободно работал на высоте, ходил по узкой досочке или карнизу. Или когда мы монтировали сцену на городской площади, Сергей оказался приличным монтажником в отличие от моих слесарей, токарей.

       Отправляли мы паровозик в Пермь. А по условиям договора, с паровозиком отправляли  еще и нашего механика Сергея на 4 дня для обучения местного водителя – механика.

На второй день эксплуатации паровозика в центральном парке города Перми двигатель заглох. Сергей достаточно долго пытался его завести с кикстартера, не заводится. Потом Сергей  мне рассказывал:

— Что думаю такое? Бензин есть, искра есть – не заводится! Я снова качать. Вдруг БА-БАХ!

Когда я очнулся, кругом пищали – орали сирены автосигнализации, я сижу на заднице, на асфальте, и в башке звон какой-то. Я не знаю, сколько я так сидел, но меня стал трепать Омоновец. Он помог встать и стал спрашивать, показывая на паровозик. А я его плохо слышу и не могу понять, на что он показывает. Оказывается, взорвалась труба паровоза. Я это не сразу понял. Выхлоп же у нас в эту трубу идет.

— Я же всем хвастаюсь, что дымок как у настоящего паровоза, из трубы.

— Я перекачал, видимо, туда паров бензина, она и бахнула.

— Омоновцы тебя в браслеты?

— Не! Смеялись очень долго, а мне не смешно. Я когда Вам звонил, то и вас-то толком не слышал.

— Новую трубу поставили без проблем? Она, кстати, не бахнет, хлопнуть может.

— Я видел, что вы в трубу простой глушитель поставили.

      Если бы не вспыльчивость Сергея, а он поругался с нашим мастером Сангатулиным, то не ушел бы. Но и ушел не совсем.

Мы были основателями мотопробега «Мотозависимости» в День независимости России х(сейчас это День России).  В одном из пробегов у меня начал подклинивать правый цилиндр. А готовил к пробегу Урал-кастом механик из Мотодома Виктор Стихин. Я в некоторой панике: — «У руководителя пробега мотоцикл не едет».

Сергей сразу устанавливает причину:- несинхронность работы цилиндров. Тросы газа новые и за 100 км растянулись по разному. Во, как!

Сергей устраняет проблему, и мы снова едем.

Я уже не удивлялся, как он моментально становился своим для совсем незнакомых участников мотопробега.  

Сергей стоит выше всех, в желетке.

    Я с начальником культуры писал проект «Колесо истории» в году десятом и вписывал Брембо в Мотодом как «Дух байкера». Краснова спрашивает про дух, про байкеров, про Серегу:

— А вот почему ты говоришь, что к тебе байкеры не едут, а едут к нему?

— А вот с ним Байкерам лучше, комфортнее, они свои, это их культура. Я ее понимаю, я их понимаю, я даже им интересен, но не свой. Байкер – это целый комплекс качеств, объединенных словом МОТО. Я смотрел, как Сергей знакомится с незнакомыми байкерами: с первого слова, с первого жеста, с образа.

В Ирбите есть байк клуб «Ирбит-твою мать», вернее он официально называется «Ирбитский байк клуб». Байк клуб был организован в 2001 году со всеми юридическими представлениями. Вот тогда то ли в шутку, то ли по случаю появилось изречение «твою мать». Со временем юридические формы изменялись, а народное название только укреплялось. Когда клуб создавался, лидером среди организаторов был Сергей Лежнев. Он и сейчас является президентом клуба. Правда, я всегда улыбался, произнося слово «Президент», хотя спросим Сергея.

— Брембо!

— А, кто тут?

Мы смеемся. Но я все же пристаю к Сергею с вопросами о клубе:

— Ты же был тоже организатором «Ирбит, твою мать»?

— Да, да, да!  Собрания проводили, устав писали, как-то под Лежнева и писали.

— Вот кто тогда с тобой и Лежневым собрания проводили, писали, они  сейчас где?

— А кто где. У всех нашлась причина уйти. Сейчас у Сергея только молодежь.

— Ладно, ладно. Ты уже давно не в клубе, ты уже давно сам по себе. Расскажи про мотопробеги, в дальняк катал?

—  Только раз в Питер катал. А так я в дальняк не ездил. У меня как-то Тюмень, Курган, Шадринск, Талица , Екатеринбург, Тагил, как-то все вокруг Ирбита. В дальняк не случилось из-за дел, детей, ну так далее. А вот по соседним городам почти каждые выходные лет десять катал, летом.

— Ты и зимой каждый день на Урале. Таких не более десяти в городе.

— Как-то да, мне нормально. Скажем, для меня это не геройство, это нормально.

Вообще в Ирбите была зимняя культура езды на мотоциклах с колясками, больше на Уралах, естественно. Это вопрос одежды и психологии. У кого-то был полушубок и ватники, у кого-то комбез танкиста или технаря с аэродрома. Люди, имевшие автомобиль, зимой на работу ездить  предпочитали на Урале. Эта культура накапливалась годами. Ирбитчане и на зимнюю рыбалку ездили за двести верст.

https://motoirbit.ru/rasskaziki-pro-ural/

 Мне нравилось, что Сергей все эти традиции ирбитчан перенял и привнес свои. Как-то к Сергею в декабре племянник Лев из Салавата приехал. А утром мороз за сорок, так Сергей не только его на работу утром пассажиром на Урале возил, но еще и мотоуроки у нас во дворе давал. И как Лев был доволен, и горд за своего дядьку.

— А мотослеты все собираешь?

— Лет десять назад почти на все ездил, потом, как-то потихоньку сбавлял, сбавлял… Сперва к «Ножикам» перестал ездить, «распальцовка» очень большая, а потом и на другие не стал. Сейчас только в Малиновку.

— Слушай! Когда собираются байкеры на слетах, фестах и прочее, всегда травят байки, «правдивые истории», случаи различные.

Вспомни Сергей свои истории, а для затравки, я тебе свой случай про байкеров расскажу.

Выездная выставка наших кастомов на  Ирбитском байк-слете, это еще на поляне в Вязовой роще.

Мы много чего привезли разного: мотоциклы, аксессуары, мотоаттракционы. К нам много внимания, большое число посетителей, приходится много общаться….. В общем, все нормально.